Антикоррупционная экспертиза документации о закупках товаров, работ и услуг для государственных нужд

Освещается проблема возможности и необходимости организации и проведения антикоррупционной экспертизы документации о закупке товаров, работ и услуг для государственных нужд, формулируются коррупциогенные факторы документации о закупке, обосновываются некоторые методологические подходы к организации экспертизы.

Коррупциогенные факторы конкурсной документации. Закупки товаров, работ и услуг для государственных нужд традиционно и вполне обоснованно считаются наиболее коррупционноемкой сферой внутригосударственной жизни. Как показывает практика в сфере государственных закупок, во многих случаях предпосылки для возникновения коррупции формируются уже на этапе планирования закупок и подготовки конкурсной документации. В документации о закупке нередко встречаются так называемые коррупциогенные факторы, т.е. положения, устанавливающие для организатора торгов необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределенные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к участникам конкурентных процедур и тем самым создающие условия для проявления коррупции. В связи с этим своевременное выявление таких факторов и их устранение из конкурсной документации является важным профилактическим средством предупреждения коррупции в сфере государственных закупок. Одним из важнейших направлений противодействия коррупции в названной сфере должна стать организация антикоррупционной экспертизы документации о закупке.
Правовой институт антикоррупционной экспертизы в отечественном праве впервые появился с принятием и вступлением в силу Федерального закона от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", законодательную основу данный институт приобрел с изданием Федерального закона от 17 июля 2009 г. N 172-ФЗ "Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов", а методическую и организационную основу - с изданием Методики проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной постановлением Правительства РФ от 26 февраля 2010 г. N 96, а также ведомственных нормативных правовых актов, определяющих порядок осуществления такой экспертизы в соответствующих государственных органах. Однако в указанных актах речь идет об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и их проектов. Конкурсная документация, которая готовится заказчиком перед объявлением торгов по каждому виду закупки и которая затем размещается в единой информационной сети, правовым актом не является, и потому действие законодательства об антикоррупционной экспертизе нормативных актов и их проектов на нее не распространяется. Таким образом, проблема осуществления антикоррупционной экспертизы документации о закупке рассматривается автором настоящей статьи едва ли не впервые в отечественной теории и практике осуществления государственных закупок. В связи с этим разработка теоретико-методологических основ такой экспертизы представляется весьма актуальным направлением развития антикоррупционной политики в Российской Федерации.
Объектом рассматриваемой антикоррупционной экспертизы является документация о закупке, в состав которой, как правило, входят: 1) извещение о конкурсе; 2) инструкция участникам конкурса; 3) формы конкурсной заявки и иных документов, представляемых претендентами на участие в конкурентных процедурах; 4) техническое задание; 5) проект государственного контракта; 6) иные документы в зависимости от формы конкурентной процедуры, используемой организатором торгов, а также от характера закупаемой продукции, работы, услуги.
Целью антикоррупционной экспертизы документации о закупке являются выявление в данной документации коррупциогенных факторов, т.е. таких положений, которые могут создать условия для возникновения коррупционных отношений, и выработка предложений по их устранению.
Всего можно выделить как минимум пять коррупциогенных факторов, которые могут иметь место в конкурсной документации:
1) несоответствие начальной (максимальной) цены закупаемых товаров, работ и услуг среднерыночным ценам, сложившимся на данный тип или вид товаров, работ и услуг, которое может выражаться как в завышении цены, так и в ее необоснованном занижении. Коррупциогенность завышения начальной цены государственного контракта заключается в том, что именно таким образом заказчик чаще всего резервирует денежные средства на так называемый откат, который он ожидает получить от исполнителя контракта. Стремление заказчика к завышению цен на товары, работы и услуги диктуется тем, чтобы обеспечить более или менее приемлемое качество закупаемой продукции и одновременно иметь некое "моральное право" на получение вознаграждения от исполнителя государственного контракта за счет разницы между реальной рыночной стоимостью закупки и фактической суммой перечисленных исполнителю денежных средств. В противном случае изыскание денег на "откат" осуществляется исполнителем за счет "экономии" на качестве и количестве поставляемой продукции, применения более дешевого сырья и материалов, использования контрафактных и бывших в употреблении деталей под видом новых и т.п. Реализация умысла на завышение цены контракта облегчается в тех случаях, когда предметом закупки является продукция, ограниченная в свободном обороте (например, продукция военного назначения), рыночные цены на которую отсутствуют.
Что касается намеренного занижения цен на закупаемую продукцию, работы, услуги, то коррупциогенность таких действий заказчика заключается в том, что аномально низкие цены, как правило, отпугивают потенциальных поставщиков, подрядчиков, исполнителей, поскольку низкие цены не всегда обеспечивают получение ими прибыли. В итоге победителем конкурентных процедур признается "нужная" организация. К использованию в закупочной деятельности данного способа извлечения "коррупционного дохода" прибегают в основном заказчики, размещающие заказ на уже выполненные ранее кем-либо работы, преследуя цель "отмывания" бюджетных средств, выделенных на эти цели;
2) нереальные сроки, предусматриваемые конкурсной документацией на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг по государственному контракту. Коррупциогенность данного фактора заключается в том, что большинство потенциальных конкурентов воздерживаются от подачи заявок на участие в таком конкурсе, вполне разумно осознавая свою неспособность выполнить обязательства по государственному контракту в столь нереальные сроки. Автору настоящей статьи несколько лет назад приходилось встречать на официальном сайте госзакупок информацию о конкурсе, в котором одно из министерств искало исполнителя научно-исследовательской работы (НИР) с ценой 5 млн. руб. и предлагало выполнить ее в семидневный срок с даты заключения контракта. В данном случае можно с высокой долей вероятности предположить, что НИР, являвшаяся предметом государственной закупки, к моменту объявления конкурса была уже выполнена (либо в инициативном порядке, либо защищена диссертация на схожую тему кем-то из должностных лиц организации-заказчика). Соответственно, победителем конкурса оказывалась именно та организация, которая заблаговременно ее выполнила или с которой была достигнута предварительная договоренность о том, что заказчик предоставит ей (естественно, не безвозмездно) все материалы для оформления отчета о якобы выполненной данной организацией НИР.
Другой вариант: имеется договоренность о том, что на стадии исполнения государственного контракта заказчик в обмен на "откат" увеличит поставщику (исполнителю) сроки на поставку товаров, выполнение работ либо создаст облегченные условия приемки готовой продукции, результатов выполненных работ. Помимо возникновения условий для коррупции, следствием установления заказчиком нереальных сроков на исполнение государственного контракта являются недопоставка товаров, неполное выполнение требуемого объема работ и услуг, а также их низкое качество;
3) завышенные требования к участнику размещения заказа, предъявляемые для участия в конкурентной процедуре, - установление неопределенных, трудновыполнимых и обременительных требований (не предусмотренных законодательством критериев оценки заявок на участие в конкурсе и (или) их значимости, квалификационных требований к участникам размещения заказа, к размеру обеспечения заявок на участие в конкурсе или аукционе, размеру и способам обеспечения исполнения контракта и др.). Коррупциогенность данного фактора заключается в создании заказчиком необходимых (внешне вполне легитимных) условий к тому, чтобы конкурсная комиссия отдала предпочтение нужному претенденту на победу в конкурсе. Ярким проявлением рассматриваемого коррупциогенного фактора является широта дискреционных полномочий в вопросе определения размера пени, взыскиваемой с поставщика. Согласно ч. 7 ст. 34 Федерального закона от 5 апреля 2013 г. N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе) пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством РФ, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка РФ от цены контракта. Такая формулировка может подтолкнуть недобросовестных заказчиков к использованию неустойки (пени) для удовлетворения своих неправомерных корыстных интересов;
4) излишняя детализация номенклатуры закупаемых товаров, работ и услуг, требований к содержанию выполняемых работ, предоставляемых услуг. Коррупциогенность данного фактора состоит в том, что заказчик намеренно формулирует положения технического задания таким образом, чтобы его требованиям удовлетворяли продукция, работы и услуги, которые может поставить (выполнить) только один из участников конкурентных процедур.
При выявлении рассматриваемого коррупциогенного фактора следует обращать внимание на следующие дефекты конкурсной документации:
перегруженность технического задания требованиями к несущественным характеристикам продукции, которая влечет риски возникновения ошибок со стороны разработчика документации, участников размещения заказа при подготовке заявки на участие, вызывает значительные проблемы в работе комиссии по определению соответствия предлагаемого товара (работ, услуг) потребностям заказчика и, как следствие, формирует предпосылки к тому, что процедура размещения заказа не состоится;
наличие несоответствий в наименованиях, неточностей, неопределенностей, противоречивых сведений, влекущих неоднозначное толкование и нарушающих принцип единообразия документации, что может привести к запросам о разъяснении положений документации, жалобам участников торгов, отмене торгов;
установление в техническом задании требований о поставке одновременно с предметом закупки дополнительного оборудования, не предусмотренного нормативно-технической документацией, при отсутствии требований к характеристикам такого оборудования*(1);
5) юридико-лингвистическая неопределенность - употребление в документации о закупке неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера. Коррупциогенность этого фактора состоит в том, что при наличии в конкурсной документации указанных дефектов у соответствующих должностных лиц организации-заказчика, а также у членов конкурсной комиссии появляется возможность для субъективного толкования содержания конкурсной документации, для выявления мнимых поводов для отказа участникам размещения в признании их победителями конкурентных процедур и для лоббирования интересов "нужной" организации. К этой же группе коррупциогенных факторов относится и намеренное включение заказчиком в извещение о размещении заказа грамматических ошибок и опечаток, использование букв латинского шрифта и др. Коррупциогенность умышленного использования заказчиком в извещениях о закупках перечисленных выше приемов технического характера заключается в том, что это создает для потенциальных участников закупок существенные трудности в поиске объявлений о торгах, в которых они могли бы участвовать. Поисковые системы в сети "Интернет" и в базах данных о госзакупках при наличии таких искажений не реагируют на запросы с использованием ключевых слов и словосочетаний и потому не могут идентифицировать запрашиваемую информацию. Тем самым искусственно сужается круг потенциальных участников закупки, снижается конкуренция и облегчается возможность признания победителями конкурсных процедур заранее определенных субъектов.
Безусловно, это далеко не полный перечень коррупциогенных факторов, которые могут иметь место в документации о закупках товаров, работ и услуг для государственных нужд. Однако, как представляется, названных факторов вполне достаточно для того, чтобы понять важность, своевременность и актуальность постановки вопроса о необходимости внедрения в законодательство и правоприменительную практику обязательной антикоррупционной экспертизы конкурсной документации.
Некоторые подходы к формированию методики антикоррупционной экспертизы. В связи с изложенным выше перед юридической наукой стоит актуальная задача разработки научно обоснованной методики проведения антикоррупционной экспертизы конкурсной документации, которая должна определять алгоритм и последовательность действий экспертов по выявлению в документации о закупке описанных выше коррупциогенных факторов. Попробуем сформулировать основные методологические подходы к данному виду экспертной деятельности.
Для выявления фактов несоответствия начальной (максимальной) цены закупаемых товаров, работ и услуг среднерыночным ценам, сложившимся на данный тип или вид товаров, работ и услуг, представляется целесообразным использовать следующие способы и методы:
а) проведение сравнительного анализа цены государственного контракта, указанной в извещении о конкурсе (аукционе), и размера бюджетных средств, выделенных заказчику на данную закупку. Если эти два показателя совпадают или расходятся незначительно, то можно сделать вывод о том, что заказчик при определении начальной (максимальной) цены контракта ориентировался не на сложившиеся рыночные цены на закупаемый вид товаров, работ, услуг, а на лимит выделенных ему бюджетных средств, с тем чтобы истратить их в полном объеме. Например, государственному органу выделен 1 млн. руб. на капитальный ремонт административного здания. В данном случае рассматриваемый коррупциогенный фактор проявляется в том, что заказчик, стремясь в полном объеме "освоить" выделенные бюджетные средства, составляет смету на выполнение ремонтных работ и приобретение строительных материалов, ориентируясь не на реальные потребности в таких работах и материалах, а на объем выделенных бюджетных средств. На порочность такого способа определения цены государственных контрактов экспертами, контрольными и надзирающими органами указывалось неоднократно*(2). Этот подход к формированию начальной (максимальной) цены государственного контракта влечет завышение цен, перерасход бюджетных средств, их нецелевое использование, создает условия для хищений и "откатов";
б) проведение сопоставительного анализа заявленной цены закупки со средними ценами на данный вид товаров, работ, услуг, сложившимися на рынке в соответствующем регионе Российской Федерации. Для этих целей следует использовать официальные данные Росстата, различного рода тарифные справочники, каталоги товаров и цен и т.п. В обязательном порядке подлежит проверке обоснованность примененных заказчиком коэффициентов или индексов для пересчета цен товаров, работ, услуг с учетом различий в характеристиках товаров, коммерческих и (или) финансовых условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг. Если при определении начальной (максимальной) цены государственного контракта заказчиком использовалась информация о ценах товаров, работ, услуг, полученная по его запросу у поставщиков (подрядчиков, исполнителей), осуществляющих поставки идентичных товаров, работ, услуг, планируемых к закупкам, то необходимо проверить, не имеются ли аффилированные связи или ценовой сговор между заказчиком и организациями, предоставившими такую информацию;
в) сопоставление заявленной цены государственного контракта с ожидаемыми результатами предполагаемых работ на предмет выявления адекватности этих результатов объему запланированных для данных целей денежных средств. Явное несоответствие этих двух показателей встречается на практике. Так, начальник инспекции Счетной палаты РФ В. Сторонин, выступая на состоявшихся в апреле 2013 г. в Общественной палате Российской Федерации слушаниях "О повышении качества управления и контроля в оборонно-промышленном комплексе как важнейшем факторе противодействия коррупции", приводил следующий пример. Некий холдинг заключил контракт с одним из входящих в его состав предприятий на разработку плана проведения конференции по вопросам качества. Цена работы составила 300 млн. руб., а результатом ее выполнения стали 25 страниц печатного текста, т.е. более 10 млн. руб. за одну страницу*(3).
В случае если закупается продукция, цены на которую подлежат государственному регулированию, проводится сравнение заявленных цен с ценами и тарифами, зарегистрированными в Федеральной службе по тарифам. Если же предметом закупки являются нетиповые товары (работы, услуги), не имеющие аналогов, или товары, ограниченные в свободном обороте (например, продукция военного назначения), то можно также использовать данные о ценах государственных контрактов на аналогичные закупки, осуществленные в предыдущие годы (естественно, с поправкой на инфляцию). Такие данные можно получить путем осуществления мониторинга исполненных государственных контрактов.
Помимо начальной (максимальной) цены государственного контракта антикоррупционной экспертизе с применением изложенных выше методологических подходов должны быть подвергнуты и предполагаемые расходы на эксплуатацию и ремонт товаров, использование результатов работ, если такие расходы предусмотрены проектом государственного контракта.
Для выявления в конкурсной документации такого коррупциогенного фактора, как нереальность сроков, предлагаемых заказчиком для поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг по государственному контракту, экспертами могут быть применены следующие способы и методологические приемы:
а) сопоставление предложенных сроков исполнения государственного контракта с его ценой. Если, например, заказчик предлагает выполнить государственный контракт ценой в несколько миллионов за две-три недели, то это должно сразу насторожить эксперта. Нужно тщательно изучить характер продукции, работ и услуг, являющихся предметом закупки. В случае закупки готовой продукции, которую поставщик должен доставить со своего склада на склад заказчика, такое сочетание сроков и цены контракта вполне допустимо. Если же условия контракта включают не только доставку продукции, но и ее производство и при этом соответствующий производственный цикл явно "не вписывается" в предложенные заказчиком сроки, то имеется большая вероятность коррупциогенности конкурсной (аукционной) документации;
б) сравнительный анализ предложенных сроков исполнения государственного контракта со сроками поставки товаров, выполнения работ, оказания услуг, предусмотренными соответствующими правилами и нормативами, изложенными в различного рода справочных и методических документах. Для этих целей можно также использовать информацию, содержащуюся в выполненных ранее государственных контрактах на поставку аналогичных товаров, выполнение аналогичных работ, оказание аналогичного рода услуг;
в) сопоставление предложенных сроков исполнения государственного контракта с количеством подлежащей поставке продукции, объемом подлежащих выполнению работ, оказываемых услуг. При этом следует учитывать такие факторы, как длительность производственного цикла; расстояние, на которое поставщик обязан поставить продукцию; вид транспорта, который предполагается использовать для ее доставки заказчику; объем и последовательность технологических операций, которые надлежит выполнить поставщику (исполнителю) в соответствии с техническим заданием; иные факторы.
Особое внимание на предмет выявления рассматриваемого коррупциогенного фактора следует уделять документации о закупке, размещаемой в сети "Интернет" во второй половине и особенно в IV квартале календарного года. Дело в том, что заказчики, размещая заказ в конце года, нередко пытаются оправдать сокращенные сроки исполнения государственных контрактов необходимостью осуществить закупки в рамках текущего календарного года и, соответственно, "освоить" выделенные на эти цели бюджетные средства до конца бюджетного года. В этом случае, помимо применения изложенных выше методических рекомендаций, эксперту надлежит выяснить у заказчика, что помешало ему разместить соответствующий заказ в первой половине или в середине соответствующего года, чтобы у исполнителя было достаточно времени для исполнения обязательств по государственному контракту.
Серьезным коррупциогенным фактором конкурсной документации являются завышенные требования к участнику размещения заказа, предъявляемые для участия в конкурсе (аукционе). Для выявления данного фактора лицо, проводящее антикоррупционную экспертизу, должно тщательно проанализировать все те квалификационные требования, которые согласно конкурсной документации предъявляются к поставщику (подрядчику, исполнителю). Как указывается в литературе, "носителем коррупционного вируса в закупках является неквалифицированный поставщик, которому не выжить в нормальной рыночной среде. Но если его законодательно допускают в сектор общественных закупок, то, вызвав личный интерес у чиновника, можно прожить и без модернизации своего производства"*(4).
Основные методические рекомендации по выявлению в документации о закупке коррупциогенного фактора, связанного с завышенными требованиями к участникам конкурентных процедур, сводятся к следующему:
а) при анализе требований к опыту участника конкурентных процедур в поставке аналогичных товаров, выполнении аналогичных работ следует иметь в виду: "отсутствие опыта еще не означает, что поставщик не выполнит взятые на себя обязательства. Но, как показывает практика, вероятность возникновения проблем в этом случае достаточно высокая"*(5). Судя по сложившейся практике государственных закупок, требование о наличии у претендента 3-5-летнего опыта работы в соответствующей сфере деятельности, относящейся к предмету закупки, является вполне приемлемым и допустимым. Если же в конкурсной документации содержится требование о наличии у участника размещения заказа опыта работы более 5 лет, то такое требование следует признать явно завышенным, избыточным и ограничивающим конкуренцию;
б) при анализе критериев оценки конкурсных заявок обязательному анализу должны быть подвергнуты соотношение различных критериев и их удельный вес в общей оценке. При этом необходимо учитывать характер закупаемых товаров, работ и услуг. Так, если в конкурсе на поставку некоторых видов продукции, выполнение некоторых видов работ установление в качестве основных критериев оценки заявки цены и сроков исполнения контракта является вполне допустимым и приемлемым, то, например, при выборе исполнителя научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок основным критерием оценки должна быть квалификация участника закупки и предлагаемое качество подлежащих выполнению работ;
в) при оценке требования о наличии у поставщика (подрядчика, исполнителя) лицензии на производство определенной продукции, выполнение работ, оказание услуг необходимо проверить, требует ли производство данной продукции наличия у производителя лицензии на ее изготовление, относятся ли предусмотренные проектом государственного контракта работы и услуги к лицензируемым видам деятельности;
г) при оценке требования конкурсной документации о наличии у претендента на заключение государственного контракта необходимых производственных мощностей и квалифицированного персонала следует проанализировать обоснованность данных требований путем прогнозной оценки зависимости от данных показателей своевременности и качества выполнения условий контракта. К примеру, требование заказчика о наличии в штате организации-победителя работников, имеющих ученые степени и ученые звания, будет явно излишним, если предметом государственного контракта являются организация услуг по уборке и содержанию территории и административно-хозяйственных зданий, оказание услуг по питанию персонала и т.п.
При проведении экспертизы конкурсной документации на предмет выявления в ней завышенных, трудновыполнимых требований к участнику размещения заказа, предъявляемых для участия в конкурсе (аукционе), нужно иметь в виду, что в ч. 3 ст. 33 Закона о контрактной системе содержится прямой запрет на включение в данную документацию требований к участнику закупки (в том числе требований к квалификации участника закупки, включая наличие опыта работы), а также требований к деловой репутации участника закупки, требований к наличию у него производственных мощностей, технологического оборудования, трудовых, финансовых и других ресурсов, необходимых для производства товара, поставка которого является предметом контракта, для выполнения работы или оказания услуги, являющихся предметом контракта, за исключением случаев, если возможность установления таких требований к участнику закупки предусмотрена данным Законом.
Такой коррупциогенный фактор, как излишняя детализация номенклатуры закупаемых товаров, работ и услуг, требований к содержанию выполняемых работ, предоставляемых услуг, может быть диагностирован путем осуществления анализа содержащегося в техническом задании описания объекта закупки на предмет выявления в нем признаков товаров конкретного производителя и конкретной марки. Одновременно надлежит осуществить проверку описания объекта закупки на предмет наличия в нем признаков описания товаров, имеющих избыточные потребительские свойства или являющихся предметами роскоши в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Что касается коррупциогенного фактора, связанного с юридико-лингвистической неопределенностью, т.е. с употреблением в документации о закупке неустоявшихся, двусмысленных терминов и категорий оценочного характера, то в целях его диагностики необходимо осуществить лингвистический анализ текстов конкурсных документов на предмет наличия в них таких ключевых слов и словосочетаний, как "и другие (иные, прочие)", "может", "возможно", "по усмотрению", "и так далее", "в установленном порядке" и другие неопределенные, создающие условия для их расширенного толкования термины. Если подобного рода термины в тексте встречаются, то необходимо дать оценку обоснованности их включения в документацию, выяснить, можно ли обойтись без их употребления и т.п. Кроме того, представляется целесообразным проверить конкурсную документацию на предмет наличия в ней грамматических и орфографических ошибок, опечаток, в том числе провести проверку электронных версий конкурсных (аукционных) документов с использованием текстового редактора Word (функция "правописание"), что помимо проверки грамматики и орфографии позволяет выявить использование в проверяемых текстах букв латинского шрифта вместо русских букв.
Подводя итог рассмотрению некоторых методологических подходов к проведению антикоррупционной экспертизы конкурсной документации, следует отметить комплексный характер данной экспертизы, который проявляется в следующем:
во-первых, каждый документ подвергается анализу в его взаимосвязи с другими документами, входящими в состав документации о закупке;
во-вторых, проверка конкурсных документов осуществляется не на наличие в них каждого коррупциогенного фактора в отдельности, а на выявление их всех одновременно, поскольку они тесно взаимосвязаны;
в-третьих, нужный эффект от внедрения антикоррупционной экспертизы документации о закупке может быть достигнут только при ее применении в комплексе с иными средствами, формами и методами антикоррупционной деятельности.
В настоящей статье мы намеренно не рассматривали вопросы официального оформления результатов антикоррупционной экспертизы, определения юридической силы экспертного заключения (обязательный или рекомендательный характер оно должно носить), а также вопросы о субъектах данного вида экспертной деятельности и о ее организации. Это тема самостоятельного исследования.

Библиографический список

Интервью начальника управления по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции Генеральной прокуратуры Российской Федерации А. Аникина информационному агентству "РИА Новости" (22 октября 2009 г.). URL: genproc.gov.ru/smi/news/genproc/news-60590.
Каньшин А., Кравченко П., Сторонин В. и др. Воры в мундирах и в пиджаках // Военно-промышленный курьер. 2013. N 19.
Кузнецов К.В. Аккредитация и квалификационный отбор как инструмент повышения эффективности закупки // Государственные и муниципальные закупки - 2012: сб. докладов. М., 2013.
Смирнов В.И. Проект ФКС: пока прыжок на месте // Государственные и муниципальные закупки - 2012: сб. докладов. М., 2013.
Сурнина Э. Соблюдая баланс интересов: Рособоронпоставка формирует требования к предмету закупки и участникам торгов // Военно-промышленный курьер. 2013. N 13.
Яшманов Б. Оружие дает "откаты": из выделенных на оборонку огромных государственных денег крадется каждый пятый рубль // Российская газета. 2011. 24 мая.

В.М. Корякин,
доктор юридических наук,
заведующий кафедрой гражданского права
и гражданского процесса Юридического института
Московского государственного университета путей сообщения

"Журнал российского права", N 5, май 2014 г.

─────────────────────────────────────────────────────────────────────────
*(1) См.: Сурнина Э. Соблюдая баланс интересов: Рособоронпоставка формирует требования к предмету закупки и участникам торгов // Военно-промышленный курьер. 2013. N 13.
*(2) См., например: Интервью начальника управления по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции Генеральной прокуратуры Российской Федерации А. Аникина информационному агентству "РИА Новости" (22 октября 2009 г.). URL: genproc.gov.ru/smi/news/genproc/news-60590; Яшманов Б. Оружие дает "откаты": из выделенных на оборонку огромных государственных денег крадется каждый пятый рубль // Российская газета. 2011. 24 мая.
*(3) См.: Каньшин А, Кравченко П., Сторонин В. и др. Воры в мундирах и в пиджаках // Военно-промышленный курьер. 2013. N 19.
*(4) Смирнов В.И. Проект ФКС: пока прыжок на месте // Государственные и муниципальные закупки - 2012: сб. докладов. М., 2013. С. 361.
*(5) Кузнецов К.В. Аккредитация и квалификационный отбор как инструмент повышения эффективности закупки // Государственные и муниципальные закупки - 2012. С. 321-322.